Барон фон Гринвальдус, Известный в Германьи, В забралах и в латах, На камне пред замком, Пред замком Амальи, Сидит принахмурясь; Сидит и молчит. Отвергла Амалья Баронову руку!.. Барон фон Гринвальдус От замковых окон Очей не отводит И с места не сходит; Не пьет и не ест. Года за годами... Бароны воюют, Бароны пируют... Барон фон Гринвальдус, Сей доблестный рыцарь, Все в-той же позицьи На камне сидит.
Ах! если б мой милый был роза-цветок, Его унесла бы я в свой уголок; И там украшал бы мое он окно; И с ним я душой бы жила заодно.
К нему бы в окно ветерок прилетал, И свежий мне запах на грудь навевал; И я б унывала, им сладко дыша, И с милым бы, тая, сливалась душа.
Его бы я ранней и поздней порой Я, нежа, поила струей ключевой; Ко мне прилипая, живые листы Шептали б: я милый, а милая ты.
Не села бы пчелка на милый мой цвет; Сказала б я: меду для пчелки здесь нет; Для пчелки-летуньи есть шелковый луг; Моим без раздела останься, мой друг.
Сильфиды бы легкой слетелись толпой К нему любоваться его красотой; И мне бы шепнули, целуя листы: Мы любим, что мило, мы любим, как ты.
Тогда б встрепенулся мой милый цветок, С цветка сорвался бы румяный листок, К моей бы щеке распаленной пристал, И пурпурным жаром на ней заиграл.
Родная б спросила: что, друг мой, с тобой? Ты вся разгорелась, как день мол
... Читать дальше »
Аминь, аминь! Глаголю вам: Те дни мне милы и священны, Когда по Сороти брегам, То своенравный, то смиренный Бродил я вольно там и там; Когда вся живость наслаждений Во славу граций и вина, Свежа, роскошна, как весна, Чиста, как звуки вдохновений, Как лента радуги ясна, Во мне могучая кипела, — И я, счастливец, забывал: Реку, где Разин воевал, Поля родимого предела, Симбирск, и кровных, и друзей, И все, что правилось когда-то Моей фантазии крылатой, Душе неопытной носи. И та, кого моим светилом И божеством я называл, Кому в восторге нежно-милом Стихи и сердце отдавал; Та красота, едва земная, Та знаменитая жена, Многоученая, святая, Которой наши времена Сияют радостнее рая; Та, для кого не раз, не два Моя порочилась молва; Та красота, которой много Российской жертвовал Парнас... Когда туманною дорогой Брела поэзия у нас, Та благосклонная... вот чудо! Под вашим небом и во сне Она не г
... Читать дальше »
А здоровье? Уж не наше ль Славно крепостью стальной? Но скорее немца кашель Схватишь, друг любезный мой. Здесь и русская натура Не защита, трынь-трава! Уж у нас архитектура Летних зданий такова! Словно доски из постели, Наши стены толщиной, И в стенах такие щели, Что пролезешь с головой. Дует в спину, дует в плечи, Хоть закутавшись сиди, — Беспощадно гаснут свечи И последний жар в груди. А когда на долы свыше Благодатный дождик льет, Не укроешься под крышей — Он и там тебя найдет. На дорожках грязь и слякоть, И, скучая день и ночь, Ты готов со злости плакать — Но слезами не помочь! Но бывают дни в неделе, Солнце ярко так горит И приветно во все щели И в окошко к нам глядит, И бежишь тут из лачужки По лесной дороге вдаль, Чтоб кукуканьем кукушки Разогнать свою печаль, Чтоб пред солнечным закатом На лужайке полежать И еловым ароматом Для здоровья подышать, Чтоб могла тебе природа... Читать дальше »
Аминт твой на глупца походит, Когда за счастием бежит; А под конец так крепко спит, Что даже сон другим наводит.
Стыдить лжеца, шутить над дураком И спорить с женщиной — все то же, Что черпать воду решетом: От сих троих избавь нас, боже!..
Дамон, наш врач, о друге прослезился, Когда тот кончил жизнь; поныне он грустит (Но не о том, что жизни друг лишился): Пять раз забыл он взять билеты за визит!..
